Новости
8 декабря

Помните, как возле Окрестина задержали двух человек, которые приехали к изолятору на «Тесле» и на пару минут включили там песню «Муры»? Водитель той самой машины — 37-летний Руслан Богдановский, второй парень, с которым задержали Руслана, — клиент такси. Тогда на обоих составили по два протокола и продержали 30 суток в карцере. По словам Руслана, начальник ИВС Игорь Кенюх сделал заключение «невыносимым»: все дни Руслана перемещали по Окрестина в позе «ласточки» и в наручниках. 1 декабря Руслан смог покинуть Беларусь, и, оказавшись в безопасности, рассказал «Весне», зачем вообще приехал к Окрестина и что еще с ним происходило в изоляторе. 

Руслан Богдановский

До задержания Руслан работал в минском такси — развозил клиентов на «Тесле». 11 октября он, как и обычно, принял заказ от не знакомого ему человека, которым оказался Максим Коновалов (позже с ним Руслана задержат). По дороге они слушали самые разные треки: Сергея Михалка, группы «Кино» и уже народную «Муры». Как говорит Руслан, слушая музыку, у молодых людей «начала закипать кровь от беззакония, которое творится в стране». Из-за этого сам Руслан предложил поехать к Окрестина и включить под стенами изолятора «Муры», чтобы поддержать задержанных. Максим согласился. 

Слушая «Муры», они открыли в машине все окна, люк и проехали мимо ЦИП и ИВС. Потом развернулись, поехали обратно и остановились недалеко от ворот изолятора. Простояли там пару минут — пока к ним не выбежал начальник ИВС Игорь Кенюх: он был одет в гражданское. Кенюх начал снимать Максима и Руслана на видео, даже попробовал открыть двери «Теслы»: «В этот момент ручки спрятались внутрь двери, потому я включаю Drive, и мы быстро уезжаем», — вспоминает Руслан и дополняет, что, когда они уже двинулись, Кенюх ударил в заднее стекло машины кулаком. 

Руслану и Максиму удалось уехать. После Руслан решил зайти в «Виталюр», купить еды, но, как только он вышел из магазина, к нему подъехали две машины ГАИ, из которых выбежали шесть милиционеров. Руслан не успел даже закурить. Силовики не представились, лишь сказали, что нужно проехать с ними. Руслан все же попросил их показать удостоверение, на что получил ответ: «Давай не будем тут представление устраивать». 

Руслан, не сопротивляясь, сел в машину — перед этим силовики забрали у него все личные вещи, в том числе ключи от «Теслы». В РУВД на него составили сразу два протокола: один по линии ГАИ (якобы за то, что не остановил машину по требованию), второй — по статье 24.23 КоАП (несанкционированное пикетирование). Вместе с Игорем в РУВД доставили и Максима, на которого также составили протокол по статье 24.23 КоАП. После РУВД мужчин доставили в ИВС на Окрестина.

В изоляторе Руслана раздели до трусов и посадили в «стакан», где держали около четырех часов, затем — в карцер. Богдановского посадили в карцер. Это было помещение не более шести квадратных метров с бетонным колючим полом, «парашей», умывальником, столом, вмонтированным в пол, «шконкой», закрепленной на стене.

На следующий день Руслана в наручниках «ласточкой» отвели на второй этаж ИВС и посадили в «клетку». Там его на несколько минут оставили ждать Игоря Кенюха — начальника ИВС. По словам мужчины, Кенюх сразу начал ругаться матом и угрожать, что изнасилует его дубинкой. Потом Кенюх крикнул охранникам: «Раком его! И к «петухам» в камеру! Теперь тебя вы**ут два немытых зека!».

Богдановского вернули в карцер. На следующий день его осудил на 15 суток ареста. Во время суда, который проходит по скайпу, возле задержанных обычно сидит кто-то из сотрудников РУВД, ИВС или ЦИП и контролируют процесс. В тот день вместе с Русланом сидел лично Игорь Кенюх. Он говорил: «Тебе п**дец! Я тебя сгною в тюрьме».

На второй день после ареста домой к Руслану пришли сотрудники милиции для проведения осмотра. Сестра Руслана, которая при этом присутствовала, сказала, что ей предложили подписать пустую бумагу, она отказалась.

26 октября Руслана и Максима должны были освободить по истечении 15-суточного срока. Но выпускать их не спешили. Через час после того, как Руслан уже должен был быть на свободе, он спросил у охранника, почему его продолжают держать в карцере. Охранник куда-то ушел, а через полчаса Богдановскому надели наручники и «ласточкой» повели к человеку, который ждал на выходе. Милиционер накинул куртку на наручники, чтобы их скрыть, Руслана посадил в машину и увез в Московский РУВД. Там на него составили протокол по административной статье о мелком хулиганстве за то, что якобы «мужчина во время «профилактической беседы» начал вести себя агрессивно, кричать и вскакивать со стула».

В РУВД водитель Tesla и увидел своего клиента, который получил такой же протокол. После РУВД по возвращении в ИВС Руслана снова на час посадили в стакан. Потом мужчина вернулся в тот же карцер.

На следующий день над Богдановским и Коноваловым состоялись очередные суды. На суде Максим признал свою вину, и судья наказала его 14-суточным арестом. Руслан же свою вину отрицал, но судья все равно признала его виновным и арестовала на 15 суток. После каждого из судов во время «оформления» в изолятор у Руслана дважды конфисковали по 217 рублей 50 копеек в счет оплаты за питание.

Все 30 суток Руслан просидел в карцере, где в разные дни было от четырех до восьми человек. Спать приходилось близко друг к другу, чтобы не замерзнуть. Ни матрасов, ни душа, ни прогулки — только свет 24/7 и бетонный пол. Теплые вещи у арестантов тоже забирали: «Ежедневно нас выгоняли, согнутых, с руками за спиной, в коридор на растяжку для обыска. Ночью нас поднимали для проверки три раза: в 00:00, 2:00 и 4:00. Питание было такое, что все мысли были постоянно только о еде, и мы жили от приема пищи до следующего приема, как быдло».

На третьи сутки в карцере Богдановский заболел: была высокая температура, болело горло и начался кашель. Но дежурные изолятора не позволяли арестантам сидеть днем. Руслану даже с температурой приходилось вставать, когда поступал «приказ» от дежурных. При этом необходима медицинская помощь арестованным не оказывалась. Из таблеток, которые врач выдавала, был только цитрамон. За все время за решеткой в Богдановского ухудшилось зрение.

Когда заканчивались вторые 15 суток, за пару часов до освобождения Руслану надели наручники и отвели на четвертый этаж в какой-то кабинет, где за столом сидел мужчина лет 55, очень важного вида, и рядом на стуле сидел начальник изолятора. Они сказали мужчине, что его фамилию занесут в какой-то список, и я буду у них на контроле, и если моя фамилия где-то всплывет, то пребывание в карцере мне покажется раем.

Руслан также отмечает, что «Теслу» до сих пор не вернули владельцу, так как якобы она находится на экспертизе, хотя суд и не накладывал на ее арест. Машина числится за фирмой, на которой он официально работал. Хотя все 30 суток ареста электромобиль находился возле Московского РУВД.

Все сокамерники, с которыми Богдановскому пришлось сидеть, проходили по «политическим» уголовным делам. У Руслана с ними связаны только хорошие воспоминания: «Пока находился в камере, к нам пару раз забрасывали ребят, которые, услышав мою историю, говорили, что слышали песню «Муры», и это им очень поднимало дух.

Все люди, с которыми мне довелось находиться в карцере за время ареста, были настоящими беларусами! Все воспитанные и интересные. Ни разу ни с кем не было никаких конфликтов. Все поддерживали друг друга. У каждого была история задержания, которая меня шокировала. Я имею в виду, что людей просто ни за что сажают. Причем сроки просто дикие фигурируют в документах. Находясь там, я ни разу не пожалел о том, что мы сделали, и не пожалел бы, даже если бы мне еще накинули два раза по 15 суток».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
7 декабря

В ютубе появился канал, где беларуские айтишники смешат друг друга – Crazy Prog c передачей #ППШ («Плохие прогерские шутки»). Рассказываем, кто это сделал, и предлагаем оценить юмор. 

#ППШ – это аналог «Лиги Плохих Шуток» (ее выпускал когда-то продакшн Александра Гудкова), только на айтишный манер. Канал запустили в октябре и уже отсняли шесть эпизодов. Шутки читают беларуские айтишники, чаще всего, не медийные (однако в пятом выпуске засветились АйТиБорода и Надежда Холман). 

Как узнали наши коллеги из dev.by, авторы этих шуток – участники команды КВН «Дети Тьюринга». Трое парней, которые раньше работали в ИТ, а потом ушли в юмор. Почитать интервью с ними можно, перейдя вот по этой ссылке

Авторы шоу говорят: «Мы надеемся, что однажды #ППШ наберёт такие обороты, что айтишники будут стоять в очереди на участие в съёмках. На самом деле, кто-то просто узнаёт о нас и спрашивает, а можно к вам? Да без проблем. <...> Может, Добкин захочет? У нас стало много шуток про EPAM». 

А теперь к шуткам

Мы посмотрели пару выпусков шоу и выписали несколько шуток. Ну, как вам такое? Свои оценки можете оставлять в комментариях в нашем телеграме

  • Почему у беларуского программиста кличка Ryanair? Ему дед мешает работать. 
  • Как называется процесс, когда ты смотришь, как тимлид фиксит твой код? Куколд-ревью. 
  • Почему хакеры всегда вызывают одну и ту же проститутку? Они пытаются ее «задудосить». 
  • От чего не избавит айтишника спортзал? От jira. 
  • Почему java-разработчик обернулся? Он услышал java-скрип
  • Айтишник работает из дома. Как сделать так, чтобы ему не мешали дети? Ограничить доступ к папке. 
  • Как звали двух галлов, которые вырезали всех подряд? Астерикс и CTRL-X. 
  • Как на язык программистов переводится слово «прокрастинация»? Второй монитор. 
  • Какое белье носят студентки математического факультета? Трусики «тангенс». 
  • Как студенты-программисты занимаются сексом? Begin; Cin; Cout; Cin; End. 
  • Как называется человек, который до прихода в айти работал вообще кем угодно? Тестировщик. 
  • Как в «Яндексе» называют девственника? Беспилотник. 
  • Что сделали с попугаем, который научился говорить: «Ну, как дела?». Повысили до product manager.

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
6 декабря

Светлана Купреева – бухгалтер, близкая подруга семьи Бабарико – была задержана 11 июня 2020-го. 11 октября 2021-го ей изменили меру пресечения и освободили. На сайте babariko.vision вышло первое интервью с Купреевой после того, как она оказалась на свободе. Цитируем. 

Предыстория: Светлану Купрееву задержали за неделю до ареста Виктора Бабарико и его сына Эдуарда. 16 месяцев она провела в «американке», забыла пароли от почты и социальных сетей, потеряла работу. Три месяца дочь беларуского поэта Николая Купреева провела в одиночной камере, где начала писать стихи. В 2021-м она стала лауреатом премии имени Франтишка Алехновича. 11 октября Светлане изменили меру пресечения на подписку о невыезде и отпустили. Светлану все еще обвиняют в уклонении от уплаты налогов в крупном размере. Далее – её рассказ о том, как она танцевала на прогулке во дворике СИЗО КГБ, чем удивил Минск сразу после освобождения и что бы она сказала сейчас Виктору Бабарико. 

Светлана Купреева

Про первую ночь в «американке»

«Как в 37-м утром звонок в дверь – санкция на обыск. Дома оставили сотрудников для обыска, а меня увезли в ДФР. К полуночи привезли в СИЗО КГБ, там поместили в  «мягкую комнату» без окон, обитую дермантином. Как камера пыток. Потом отправили наверх уже в обычную камеру – после того, что я прошла днем, мне в этой «комнате» все показалось раем. 

За окном ночь, хохочут чайки: первый раз в жизни услышала, как хохочут чайки. Было что-то потустороннее в этом. Вспомнилось из Шекспира: «Ад пуст, все черти здесь. <...>

«По поводу «мягкой комнаты»: один сотрудник брал у меня отпечатки пальцев. Душевный такой, по сравнению с другими, он говорил: «Я ничего плохого делать не буду». На что я ответила, что со мной уже столько всего плохого сделали: сажали даже в камеру пыток: «У нас нет камер пыток. Это называется «мягкая комната», – ответил он. 

Как в СИЗО КГБ услышала голос Виктора Бабарико 

«В этот день я была на допросе с адвокатом, от него узнала про задержание. А вечером услышала голос Виктора Дмитриевича. Он говорил что-то про файлик: «Можно я положу здесь файлик?» – кажется, так. Но до этого уже сигналили машины вокруг, и я ожидала чего-то плохого. 

В ночь, когда Виктора Дмитриевича арестовали, мне приснился сон: мы с ним беседуем о погоде и он говорит: «Все будет хорошо, все исправится, но надо, чтобы прошел шторм!». В ночь с 9 на 10 августа, когда все взрывалось и грохотало, я думала – война. Лежала и думала: может это и есть шторм? 

Почему СИЗО КГБ напоминает «настоящий концлагерь» 

«Все события 2020-го прошли мимо меня. Какие-то новости получала из «Комсомолки» и «Нового часа». Это очень поддерживало. Когда посадили Виктора Дмитриевича, в центре Минска стало шумно — начали сигналить машины. Машины сигналили, мне кажется, до октября. Эти сигналы очень поддерживали. Мы слышали, что люди возмущаются тем, что происходит, что они солидарны. Эта солидарность придавала силы, что мы все вместе. 

В мае и июле 2021-го были праздники. По телевизору вспоминали войну, концлагеря, что надо привлечь виновных к ответственности за геноцид. А у нас в четырехместном номере – шесть человек, двое из которых спали на полу на деревянных щитах. Вентилятора нет. Жарища. Стены влажные, пол влажный. Дышать нечем. И они еще вспоминают концлагерь. Когда тут своим сделали настоящий концлагерь, всех приличных людей в него поместили и издеваются. 

Условия были ужасные. Это сталинских времен здание, где все пришло в негодность.

Туалеты есть в четырех-пяти камерах. Все остальные – с ведром, которое надо два раза в день выносить. В то же ведро сливается вода, которой моют пол.

Умывальник с холодной водой. Душ раз в неделю, но там можно только под горячей водой помыться. А летом, когда жарища, подходишь к крану с холодной водой, обмываешь себя. Насекомые были странные от влажности. Как белая длинная моль. Очень неприятно. У многих аллергия – потому что влажность, жара. Там все от слова «очень». Если на свободе жарко, значит, у нас супер жарко, если холодно – у нас очень холодно. В 21-м веке, в центре столицы европейского государства такие условия. А по телевизору говорят про концлагерь 70-летней давности…»

Про танцы и йогу в заключении 

«На прогулке первые три месяца я была одна, выходила во дворик и танцевала под музыку, которую ставили по радио. Каждая комната гуляет в свою очередь, ни с кем не пересекаешься. Последние пару месяцев у нас была йога каждый день. С нами была очень спортивная, почти настоящий йог. Следила, чтобы мы не съели лишнюю конфетку: так за месяц мы с соседкой на три килограмма похудели.

Самое главное там — это люди, которые с тобой. Я встретила много хороших людей. Мне сейчас с Володарского девушка пишет, что по некоторым бытовым условиям в СИЗО-1 лучше, но таких людей, как в СИЗО КГБ, там нет. У нас были самые лучшие отношения и люди». 

Про освобождение и Минск 

«Меня выпустили около восьми вечера, помогли нести сумку. И вот я за воротами: у меня ни денег, ни телефона. Подошла к первой машине со стороны кинотеатра «Победа». Прошу помочь вызвать такси, киваю в сторону СИЗО и говорю, что я вышла оттуда без ничего. 

Люди вызвали такси, дали десять рублей со словами: «Вы за нас за всех отсидели. Возвращать не надо». Тронула очень эта фраза, проявление солидарности.

Минск поразил пустотой. Когда я встречалась с одногруппниками, мы гуляли воскресным вечером по проспекту и меня впечатлило отсутствие людей на улицах, малое количество машин. Я даже сфотографировала пустой проспект. Как будто чума. Это самое яркое впечатление. Была хорошая погода, середина октября, золотая осень. Спасибо, что застала эту пору года, а не провела очередную осень с полностью бетонным двориком, в котором не видно деревьев». 

Про жизнь после СИЗО 

«Я потеряла все работы. Как бухгалтер, я сопровождала бизнес по упрощенной системе налогообложения. Люди меня ждали и два месяца, и четыре. Но кто продержится без бухгалтера 16 месяцев? Вот сейчас ищу работу… 

А еще много пишу писем. У меня есть 12 адресатов – женщины, с которыми я сидела все время. Пишу и в Гомель, и в Брест, уже получила и ответы. А в СИЗО КГБ ни одно письмо мое не пропустили: писала Эдуарду Бабарико в «американку» – не передали. Теперь буду пробовать в СИЗО-1. 

Переписываемся и с Виктором Бабарико – его письма очень оптимистичные. У нас много общих воспоминаний. Вспоминает Марину, свою жену, я была свидетельницей на их свадьбе. В молодости мы постоянно общались, отдыхали вместе, выезжали на озера. Есть что вспомнить. 

Я ему пишу и передавала раньше в письмах, что я всегда на его стороне. Это тот человек, который не может сделать ничего плохого. Раньше он все делал для своей семьи. В молодости он на каждом дне рождении говорил, что Марина – эта женщина, ради которой можно свернуть горы. И он сворачивал. Когда ее не стало, он хотел свернуть горы ради своей страны. И еще не вечер». 

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
4 декабря

Команда приговоренного к 14 годам колонии Виктора Бабарико опубликовала трогательную переписку политика с семилетним мальчиком. Ничего лучше вы сегодня не прочтете: 

«Виктор Бабарика здраствуйте! Нам очень жаль что ты в тюрме! Как у тебя дела? А на ского лет тебя посадили в тюрму? Меня зовут Тимур! Я хожу в 1 класс у моего класса буква В. <…> В каассе в меня влюбились девочьки!!! <…> А кто тебя посодил в тюрму?».

«Меня посадили в тюрьму плохие люди на 14 лет, — написал в ответном письме Бабарико. — Но я думаю, что ты вырастешь и освободишь меня».

Тимур пишет Виктору Бабарико

Виктор Бабарико отвечает Тимуру

Виктор Бабарико отвечает Тимуру

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter
1 декабря

По информации «Весны» сегодня мы расскажем, как беларусы, которые находятся за решеткой, поддерживают своих родных и друзей на воле, и как те, что остаются на свободе, помогают политзаключенным. 

Политзаключенный Игорь Лосик отправляет своей жене букеты 

Игорь находится под стражей уже более 500 дней. При этом он смог «оформить» для своей супруги Дарьи доставку сразу 17 букетов. «Накануне я получила от Игоря три письма. В одном из них он написал, чтобы в обозначенный день я сидела дома и ждала сюрприз. Утро следующего дня началось со звонка в домофон. На часах было 08:44. Подумала: «Для обыска поздновато». Открываю двери, а там...», – рассказывала Дарья, после того, как ей вручили букеты от мужа. 

«Сейчас так мало поводов для радости, но он и вы все [кто помог Игорю доставить цветы] заставили меня искренне улыбаться и радоваться. После этого сюрприза я написала Игорю письмо, в котором описала все свои эмоции и рассказала, сколько людей нас поддержало. Из таких поступков и получаются победы», – рассказала Дарья. 

Напишите Игорю письмо по адресу: Лосику Игорю Александровичу, СИЗО-3. 246003, г. Гомель, ул. Книжная, 1А

Художница Ксиша Ангелова рисует портреты политзаключенных: у нее уже больше 200 работ 

Беларуская художница Ксиша Ангелова, внучка репрессированного первого ректора БНТУ Никанора Ярошевича, начала рисовать портреты репрессированных беларусов год назад, после смерти Романа Бондаренко. «Помню, примерно в начале декабря в списке «Весны» было около 30 политзаключенных. Я тогда всех нарисовала. Но потом их число стало расти в геометрической прогрессии – не успевала следить, как цифра становилась все больше». 

Ксиша говорит, что еще одним «мотором», чтобы начать писать портреты, стало состояние, когда невозможно было просто наблюдать за происходящим. «Я считаю, если у тебя в течение дня есть немного времени и сил, необходимо что-то делать, а не сидеть молча, как моя семья когда-то. Молчать – это соглашаться».

Один из последних портретов Ксиши – портрет политзаключенного Миколы Дедка.

Политзаключенный Саша Василевич пишет дочке умопомрачительно трогательные сказки про пингвина

Бизнесмен и соучредитель KYKY Саша Василевич находится за решеткой с августа 2020-го. Все это время на свободе у Саши растет две дочери (одна из них родилась, когда Василевич уже был в тюрьме). Старшей — Аделе – Саша постоянно пишет письма, в которых сочиняет для нее сказки о пингвине и папе. Вот две из них: 

«Вера, реальность и пингвин»

«Пингвин и рамки»

Вот по этой ссылке можно скачать книгу с классными иллюстрациями, где собраны девять сказок Саши. 

Напишите Саше письмо по адресу: Василевичу Александру Анатольевичу, Следственный изолятор №1, Володарского, 2, 220030, Минск.

Минчанка Екатерина, решившая написать всем беларуским политзаключенным

Свое первое письмо заключенному Екатерина отправила еще в июле прошлого года – она писала Виктору Бабарико. «За время предвыборной кампании прониклась симпатией к этому человеку, плюс он, как и я, любит собак. Тогда я написала ему более 20 писем, но ответа так и не получила... В конце сентября ко мне присоединилась подруга. Мы поставили задачу: написать всем беларуским политзаключенным». 

К моменту выхода этого текста Екатерина написала уже более 1000 писем: «Отправила их примерно 180 человекам. Сейчас постоянно переписываюсь примерно с двадцатью заключенными. Было несколько интересных случаев. У одного моего друга по переписке сокамерник оказался художником: как-то мне пришло от него 20 конвертов – в каждом по рисунку. А однажды я написала сразу пяти людям в одну камеру, хотя первоначально переписывалась только с одним парнем. Еще у меня есть заядлый автомобилист. Иногда я просто фотографирую ему дорогу из машины и отправляю. А еще один парень попросил передать «спасибо» Рогачевскому МКК, потому что там самая вкусная сгущенка в мире», – рассказывает Екатерина.

«Понимаете, еще полгода назад они [заключенные] верили в лучшее. Сегодня многие из них в отчаянии. Им очень нужна наша поддержка». 

Политзаключенный Павел Северинец пишет книги

Политзаключенный политик и писатель прямо в тюрьме пишет сразу три книги: «Дрэва жыцця», «Ісус Хрыстос размаўляе па-беларуску» и дорабатывает заключительную часть романа «Беларусалім».

«Вот возьму и покажу вам открытки, сделанные по иллюстрациям Павла, которые он присылал сыну из-за решетки. И с его же цитатами», — написала недавно жена Павла Ольга Северинец в соцсетях и показала всем эти самые открытки, которые может купить каждый белорус.

«Смотрю я на эти открытки, думаю про своего дорогого мужа и слышу, что он говорит мне без слов: «Невзирая ни на что, делай свое дело и верь в самое лучшее». 

Напишите Павлу письмо по адресу: Северинцу Павлу Константиновичу, ИК №17. 213004, г. Шклов, ул. 1-я Заводская, 8. 

Люди, которые делают добрые дела 

Об этой истории журналисты узнали из поста минчанки Ольги: «В магазине незнакомая мне женщина покупала майки и термобелье в СИЗО. Продавцы активно помогали выбирать, бегали на склад. И пока мы разговаривали, где сидит и по какой статье, этой женщине пыталась дать денег другая беларуска (она пришла в магазин с ребенком). А потом пошла и просто оставила деньги на кассе. Беларусы – прекрасные, измученные, но сильные. Сжатые, но готовые протянуть руку помощи. Стоящие под стенами Жодино и Володарки. Несущие передачи для своих и чужих. Я не разочаровалась. Я тут – и я вижу людей».

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter